?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Наступает эпоха информационного бума и невероятных возможностей для человека.

Эпоха — понятие непростое. Иногда мне кажется, что это не время, не тезисы и не умонастроения, и не что-то ещё, а просто система мыслей и вещей, которые кажутся людям самоочевидными. Если собрать документы эпохи и посмотреть в то, из чего исходят рассуждающие, можно понять намного больше, чем если будешь читать только выводы. Ни в 30-е, ни в 70-е года нам бы не встретилась фраза «Четыре миллиона жителей населяли Найроби, наилучший среди многих прекрасных городов, выстроившихся вдоль восточного побережья Африки. Африканские республики очень быстро встали на ноги после обретения независимости от заморских метрополий.» (Р. Силверберг, «Хозяин жизни и смерти», гл. 18. Роман написан в 1957 году).

Ещё эпоха — это взгляд на другие эпохи. Как воспринимались симпатии Солженицына к власовцам в советское время? Были ли японские товары синонимом ширпотреба в США 1960-х годов? Мы не узнаем, пока не откроем свидетельства того времени.

Когда рассуждают об информационной революции, то почему-то видят только одну и без того очевидную вещь — благодаря интернету доступ к информации есть почти у всех. Но это вещь включает в себя как минимум три вещи — и все три ещё больше упрочили позиции тех, против кого это общество, как думали эксперты, должно было бороться.

Первая особенность — государство отказалось от монополии на истину. Власть охотно разрешает людям думать, что думается и кричать, что кричится. Кто кричит — тот бомбы не делает. Чем больше догм — тем больше появляется ересей, а если догм нет — то и ересей не возникнет. Сам Василь Быков не смог отыскать, в чём проявляется имперский дух новой России и был вынужден прозревать его в РНЕ. Высокопоставленных чиновников не интересуют ни Идея, ни Истина — у них работой стол завален.

Вторая связана с тем, что фильтровать информацию становится всё легче. Два щелчка мышью — и ты читаешь только те новости, которые ты хотел бы прочитать. Кому-то это кажется новым тоталитаризмом, но на самом деле это старая добрая лень. При тоталитаризме люди знают, что положено, а сейчас — что нравится. Мало кто из протестующих современной Европы сможет сказать, чем конкретно ему навредили Путин или Меркель. Знаково, что российские белоленточники так и не смогли выработать внятные требования и апеллировали к созыву Учредительного Собрания — то есть к тому, чтобы требования вместо них выдвинул кто-то другой.

Уже в эпоху оранжевых революций обнаружился интересный факт — было много призывов митинговать и пикетировать и ни одного — объявить забастовку (хотя забастовка чувствительней пикетов).

Наконец, третье — многие люди попросту «выпали» из обычных общественных схем. Появилось множество путей ухода от налогов, новостей, и тревожных известий. Можно сказать, что гражданин стал настолько защищён от государства, что пока он его не ломает, оно его и не замечает.

Не стоит думать, что эпоха — это лошадь, которая вытащит ваши увязшие рассуждения.